Сегодня мы посмотрим на древний Рим
глазами маленькой девочки.
Вот она — рисует автопортрет
на одной из колонн атриума, в огромном доме своего отца.
Её зовут Домиция,
и ей всего 5 лет.
У неё есть старший брат, которому 14 лет.
Его назвали Луций Домиций Агенобарб
в честь его отца.
Девочкам не дают таких длинных имён, как мальчикам.
Хуже всего то, что их отец настоял,
чтобы всех дочерей звали Домиция.
«Домиция!»
Ту, что рисует на колонне,
он зовёт Домиция III.
Её старшую сестру, которой 7 лет, зовут Домиция II.
А та, которой 10 лет, — Домиция I.
Могла бы быть ещё и Домиция IV,
да только их мать умерла при родах три года назад.
Сложно разобраться, правда?
Римлянам тоже было сложно.
Они могли легко высчитать родословную по мужской линии,
ведь мужчины имели тройные имена,
вроде Луция Домиция Агенобарба.
Но начиналась страшная путаница,
когда они пытались разобраться,
какая из Домиций вышла замуж за кого,
кто их них приходится тётей или мачехой
и кому конкретно.
Домиция III не только разрисовывает колонну,
но и наблюдает за тем, что творится в доме.
Сейчас утро.
В эти часы её отец принимает друзей и клиентов,
которые пришли выразить ему своё почтение.
Среди них и Луций Попидий Секунд.
Ему 17 лет, и через 5–7 лет
он планирует сочетаться браком
с Домицией II.
Однако он ищет расположения не будущей невесты,
а её отца.
Бедняжка Луций, он и не подозревает о том,
что хоть его семья и богата,
отец Домиции считает их отморозками из Субуры.
В конце концов, этот район Рима
полон цирюльников и проституток.
Внезапно все мужчины, включая её отца, уходят.
Начинается второй час дня,
и он должен выступать в суде
перед большой аудиторией клиентов,
которые будут рукоплескать его речам
и освистывать его оппонентов.
Теперь в доме стало тише.
Мужчины вернутся только к ужину,
то есть через семь часов.
Но что происходит в доме в эти часы?
Чем весь день занимаются Домиция, Домиция и Домиция?
Не лёгкий вопрос!
Все римские документы,
дошедшие до наших дней, писались мужчинами.
Поэтому мы мало знаем о жизни римских женщин.
Однако мы не можем говорить только о мужчинах,
поэтому попробуем разобраться.
Начнём, пожалуй, с атриума.
Здесь стоит большой ткацкий станок,
на котором их мать ткала материал для тоги.
Домиция, Домиция и Домиция,
должны были прясть шерстяные нити,
которые потом пойдут на огромное полотно,
овальное по форме и более 10 метров длиной.
Римляне считали пряжу и ткачество,
хорошим занятием для своих жён.
Нам это известно по многим надписям
на надгробиях римских женщин.
В отличие от гречанок,
римлянки могли выходить из дома
и гулять по городу.
Они посещали общественные бани по утрам, когда там не было мужчин,
или ходили в отдельные бани, предназначенные только для женщин.
В 70-х годах н.э. они даже могли по желанию
купаться нагими вместе с мужчинами.
Но были места исключительно для мужчин:
Форум,
зал Суда
или здание Сената.
Для женщин публичными местами были портики
с садами,
скульптурами
и дорожками для прогулок.
Когда Домиция, Домиция и Домиция
хотели выйти куда-нибудь прогуляться,
например в портик Ливии,
они должны были подготовиться.
Домиция II и Домиция III уже готовы,
но Домиция I, которая помолвлена
и через два года выйдет за милого Филата,
ещё не готова.
Она не копотливая, просто у неё больше дел.
Раз она помолвлена, она должна носить соответствующие знаки:
обручальное кольцо
и всё, что подарил ей Филат:
украшения,
серьги,
ожерелье
и кулоны.
Она даже может украсить себя диадемой в виде мирта.
Всё это как-бы говорит:
«Я скоро выхожу замуж за парня,
который подарил мне всё это!»
А в это время Домиция II и Домиция III играют в куклы,
изображая свою сестру,
одетую в свадебный наряд.
Настанет день, когда девочки выйдут замуж,
и куклы будут принесены в дар домашним богам.
Итак, все готовы.
Девочки садятся в паланкины, которые несут крепкие рабы.
С ними находится сопровождающий,
и они движутся в портик Ливии, чтобы встретиться там с тётей.
Рабы несут паланкины на своих плечах.
Девочки выглядывают из-за занавесок,
чтобы поглазеть на уличную толпу.
Они пересекут город, пройдут мимо Колизея,
а затем свернут в сторону холма,
на котором расположен портик Ливии.
Он был построен по заказу Ливии, жены императора Августа,
рядом с поместьем Ведия Полиона.
Не то чтоб он был хорошим парнем.
Однажды он пытался скормить своего раба миногам в пруду
всего лишь за то, что тот опрокинул блюдо.
К счастью, император,
присутствующий на обеде, умерил его пыл.
Паланкины остановились,
и девочки выходят.
Держась за руки, парами
они поднимаются по ступенькам,
ведущим в закрытый сад, окружённый колоннадой.
Домиция III отделяется и идёт рисовать на колонне.
Домиция II идёт следом за ней,
но её взгляд притягивают граффити, которыми расписана колонна.
Она замечает рисунок с гладиаторами
и представляет себе, как они сражаются.
Ей нельзя наблюдать гладиаторские бои,
разве что одним глазком с крайних задних рядов Колизея.
Оттуда она отлично разглядит 50 000 зрителей,
но вряд ли разглядит
кровавое сражение на арене.
Если она хочет получить хорошее место,
она может стать жрицей Весты,
и тогда ей достанется лучшее место в партере.
Но карьера девственницы-весталки
далеко не всем по вкусу.
Тем временем Домиция I
встретила такую же, как она, будущую невесту, которой 10 лет.
Время идти домой.
Они возвращаются спустя восемь часов,
но в доме что-то творится.
На полу разбитое блюдо.
Все рабы собрались в атриуме
и ждут прибытия хозяина.
Он будет вне себя от ярости.
Он не поднимает руку на детей,
но как большинство римлян,
он считает, что рабы должны быть наказаны.
Кнут уже приготовлен и ждёт его.
Никто не знает, кто разбил блюдо,
но если нужно,
хозяин прикажет избить их всех.
Дворецкий открывает парадную дверь.
Среди рабов разносится тревожный шёпот.
Но в дом входит вовсе не хозяин,
а беременная девочка подросток.
Это старшая дочь семьи — ей 15 лет,
и она уже ветеран в браке и деторождении.
Угадайте, как её зовут.
У неё есть шанс в 5–10%
не пережить грядущих родов,
но сейчас она приехала, чтобы отужинать с семьёй.
Хоть она ещё подросток,
но уже показала себя хорошей женой, родив мужу детей,
которые будут носить его имя
и в будущем станут его наследниками.
Семья переходит в столовую,
где уже накрыт ужин.
Похоже, что отец семейства был приглашён отужинать у кого-то в гостях.
После ужина девочки возвращаются в атриум,
где провожают старшую сестру.
Она отправится домой в паланкине
в сопровождении телохранителей отца.
После проводов
сёстры возвращаются в атриум.
Все рабы, от мала до велика,
мужчины и женщины,
с трепетом ждут прибытия хозяина.
Когда он вернётся, каждый из этих рабов
может стать жертвой его гнева
и желания восстановить порядок и покорность
с помощью запугивания и побоев.
А девочки поднимаются в свои спальни
и готовятся ко сну.