История цивилизации в каком-то смысле — это история карт:
с их помощью мы изучаем наш мир.
Одна из самых знаменитых карт представляет собой не просто карту.
[Маленькая вещь. Гениальная идея.]
[Майкл Бейрут о карте лондонского метро]
Лондонское метро возникло в 1908 году,
когда восемь разных независимых железных дорог объединились
в единую систему.
Нужна была карта, которая бы описывала систему,
чтобы люди знали, куда направляются.
Карта, которую они создали, была перегружена.
На ней можно было увидеть реки, водоёмы, деревья и парки.
Станции скучковались в центре карты,
а некоторые на периферии и вовсе не поместились на карте.
Карта получилась географически точной, но неудобной.
Познакомьтесь с Гарри Беком.
Гарри Бек был 29-летним инженером-проектировщиком,
который время от времени работал в лондонском метро.
Ему пришла в голову мысль,
что людям, которые едут в метро,
безразлично, что именно находится на поверхности.
Они просто переходят с одной станции на другую.
«Где мне нужно сесть? Где выйти?»
Важна схема, а не география.
Он взял этот клубок спагетти
и распутал его.
Ветки расположились в трёх направлениях:
горизонтально, вертикально или под углом в 45 градусов.
Аналогично он расположил станции,
цвет каждой станции перекликался с цветом ветки.
Он всё это исправил, и это была уже не карта.
Это была диаграмма,
вроде электросхемы,
только это не были не провода, по которым бежали электроны.
Это были линии, по которым ездили поезда, перевозящие людей от места к месту.
Наконец, в 1933 году метрополитен решил дать карте Гарри Бека шанс.
Метро выпустило тысячу карманных карт в продажу для пробы.
Их раскупили за час.
Они поняли, что в этом что-то есть,
и напечатали ещё 750 000 штук,
и это та карта, которую вы видите сегодня.
Дизайн Бека стал образцовым,
его мы представляем, когда речь идёт о картах метро.
Токио, Париж, Берлин, Сан-Паулу, Сидней, Вашингтон —
все они преобразуют сложную географию
в строгую геометрию.
Во всех использованы разные цвета для различных веток,
во всех используются простые символы для различения типов станций.
Все они — часть универсального языка.
Уверен, Гарри Бек не знал, что такое пользовательский интерфейс,
но он изобрёл именно его.
Он взялся решить задачу и вывел три основных принципа,
применимые в решении любой дизайнерской задачи.
Первое — это фокус.
Задумайтесь, для кого вы это делаете.
Второй принцип — простота.
Каков самый короткий путь удовлетворения потребности?
И, наконец, последнее:
междисциплинарное мышление.
Кто бы мог подумать, что у инженера-электрика
окажется в руках ключ
к изображению одной из самых сложных систем мира?
Всё началось с человека, у которого был карандаш и идея.