Предполагаю, каждый здесь в то или иное время
смотрел выступление TED онлайн, так?
Я собираюсь включить кое-что.
Это песня из выступлений TED в онлайн доступе.
(Музыка)
Замедлю её немного,
ведь всё звучит круче в замедленном режиме.
(Музыка)
Кен Робинсон: Доброе утро. Как вы?
Марк Эпельбаум: Я собираюсь… Кейт Стоун: … помиксовать музыку.
Марк Ронсон: Я буду делать так, чтобы рассказать историю.
Тод Маковер: Нечто, чего ещё никто никогда не слышал.
Кейт Стоун: У меня есть кроссфейдер.
Джулиан Трежер: Я называю это микшер.
Кейт Стоун: Два ди-джейских пульта.
Крис Андерсон: Включаешь набор, и колесо крутится.
Ден Эллси: Я всегда любил музыку.
Майкл Тилсон Томас: Это мелодия, ритм, настроение или восприятие?
Дэниэл Уолперт: Чувствуя всё, что происходит внутри моего тела.
Адам Окельфорд: В мозге есть такой удивительный музыкальный компьютер.
Майкл Тилсон Томас: Используя компьютеры и синтезаторы для создания работ.
Это язык, который до сих пор развивается. И 21-е столетие.
Кен Робинсон: Включи радио. Заскочи на дискотеку.
Вы знаете, что такой человек делает: двигается под музыку.
Марк Ронсон: Моя любимая часть.
Марк Эпельбаум: Нужны блокираторы дверей. Это важно.
Тод Маковер: Мы все очень любим музыку.
Майкл Тилсон Томас: Гимны, танцы, баллады и марши.
Кёрби Фергюсон и JT: Ремикс — это новая музыка, созданная из старой.
Райан Холладей: Отлично сочетаются.
Кэтрин Шульц: Вот так оно работает.
Майкл Тилсон Томас: Что происходит, когда музыка останавливается?
Кейт Стоун: Йай!
(Аплодисменты)
Марк Ронсон: Явно я посмотрел много выступлений TED.
Когда меня впервые попросили выступить на TED,
сначала я не был очень-то уверен, каким будет мой стиль.
Потому, да, я немедленно стал просматривать тонны видео TED,
что есть самое плохое,
что только можно сделать,
потому как начинаешь паниковать,
думая: я ещё не совершил успешную экспедицию на Северный Полюс.
Я также не снабдил электричеством
свою деревню, благодаря чистой изобретательности.
По сути, я потратил большую часть жизни,
работая ди-джеем в ночных клубах
и продюсируя поп-музыку.
Но я продолжал смотреть выступления,
ведь я же мазохист,
и, в конечном счёте, ребята вроде Майкла Тилсона Томаса
и Тода Маковера,
их внутренняя страсть при разговоре о музыке
что-то всколыхнули во мне,
а меня страшно привлекают люди, которые преданно
говорят о силе музыки.
Я стал делать записи на карточках
всякий раз, как слышал что-то,
буквально задевающее во мне струну
или нечто, что мог использовать.
Вскоре моя студия стала выглядеть вот так.
Похожей на комнату Джона Нэша из «Игр разума».
Ещё положительный момент от просмотра выступлений TED,
когда попадается особенно хорошее:
внезапно желаешь, чтобы выступающий
был твоим лучшим другом, не так ли? Хоть на день.
Они кажутся такими приятными.
Покататься бы на великах, или съесть вместе мороженое.
Определённо, многому научишься у них.
И они пожурят всякий раз,
как разнервничаешься, что не можешь быть в курсе
половины технических штучек, о которых они постоянно говорят.
Но потом они вспомнят, что ты просто человек
с обычным смертным интеллектом,
не закончившим университета,
и они простят тебя
и погладят, как щеночка.
(Смех)
Вернёмся в реальный мир.
Вероятно, я и Сэр Кен Робинсон
не станем лучшими друзьями.
Он живёт далеко в Лос-Анджелесе, и я представляю, какой он занятой,
но посредством доступных мне инструментов — технологий
и врождённого способа подхода к музыке —
я могу свести наши жизни
в общее событие,
нечто вроде того, что вы видели.
Я слышу что-то интересное в СМИ
и могу это ассимилировать
и добавить себя в это повествование
или даже видоизменить его.
В двух словах, это то, что я пытался сделать
вот с этим, и, что более важно,
такими были последние 30 лет музыки.
Это основное направление.
30 лет назад появился первый цифровой семплер,
и всё тут же изменилось.
Внезапно исполнители могли использовать сэмплы
из всего, что появилось до них:
от малых барабанов группы Funky Meters
до басов Рона Картера,
его темы для композиции «Цена верна».
В таких альбомы, как «3 Feet High and Rising» группы De La Soul's
и «Магазинчик Пола» группы Beastie Boys'
понатасканы отрывки из десятилетий записей музыки,
чтобы создать эти акустические, многоуровневые шедевры,
которые стали Sgt. Peppers своего времени.
И они семплировали эти записи
не потому, что были слишком ленивы, чтобы писать собственную музыку
и не для того, чтобы нажиться
на знакомом звучании оригинала.
По правде, всё дело было в самом семплировании
непонятных произведений,
за несколькими очевидными исключениями,
как «дуу-дуу-дуу да-да дуу-дуу» от Vanilla Ice,
которое все мы знаем.
Дело в том,
что они семплировали свои записи,
потому как что-то слышали в такой музыке,
затрагивающей их,
повествование, в которое они сами сразу же хотели
привнести что-то своё.
Они слушали её, хотели стать её частью,
и вдруг оказалось,
что у них есть для этого технология,
почти так же, как и дельта-блюз
ударил аккордами «Стоунз», «Битлз» и Клэптона,
они почувствовали необходимость соединить эту музыку
с современными инструментами.
В музыке мы берём за основу то, что нам очень нравится,
и на этом строим.
Хочу сыграть для вас песню.
(Музыка: «Ла Ди Да Ди» Doug E. Fresh и Слик Рик)
Это «Ла Ди Да Ди» — пятая среди самых семплированных
песен всех времён.
Её семплировали 547 раз.
Её написали в 1984 году эти две легенды хип-хопа —
Слик Рик и Doug E. Fresh.
их очки Ray Ban и блестящие причёски так круто сочетаются.
Надеюсь, это вскоре опять будет в моде.
Это предшествовало эре семплирования.
В этой записи не было семплов,
хотя я вчера вечером поискал в интернете,
то есть несколько месяцев тому назад,
и нашёл, что означает «Ла Ди Да Ди».
Это устаревшее выражение кокни конца 1800-х в Англии.
Так что, может, скоро
выйдет ремикс с миссис Патмор
из «Аббатства Даунтон» или в другой раз.
Doug E. Fresh был битбоксером.
Голос на записи принадлежит Слик Рику.
Распевистый, запоминающийся голос Слик Рика
даёт бесконечные аудио-записи
и семплы для будущих поп-записей.
Это был 1984 год.
Это я в 1984 году. Если вам интересно, как я поживал,
спасибо, что спросили.
Это уже Throwback Thursday.
Я сильно тяготел
к музыке группы Duran Duran,
что, пожалуй, ясно по моему прикиду.
Я — в середине.
Самый простой известный мне способ
для приобщения себя к этому опыту
присутствия в их музыке
было собрать группу 9-летних парней
и сыграть «Wild Boys» на шоу школьных талантов.
Так мы и сделали, и, не вдаваясь в подробности,
нас освистали со сцены.
Если вам выдавался шанс в жизни
убегать от этого звука
из зала, заполненного второклассниками и третьеклассниками,
я бы вам особенно это не рекомендовал. Не так уж это и весело.
Но это и неважно,
ведь мне всего-то хотелось
оказаться в истории этой песни хоть на минуту.
Мне было всё равно, нравилась ли она кому-нибудь.
Она нравилась мне, и я думал, что могу и себя в неё добавить.
В следующие 10 лет «Ла Ди Да Ди»
продолжали семплировать в бесчисленных композициях,
в итоге она оказалась в таких супер-хитах, как «Беглец»
и «Я хочу заняться с тобой любовью».
Снуп Догги Дог делает кавер-версию этой песни
в своём дебютном альбоме «Doggystyle» и называет её «Лоди Доди».
У адвокатов по защите авторских прав теперь знаменательный день.
Далее переносимся в 1997 год,
и The Notorious B.I.G., или Бигги,
переделывает «Ла Ди Да Ди»
в его хит номер один «Гипнотизируешь»,
отрывок из которой я сейчас сыграю,
и ещё проиграю чуть-чуть Слик Рика,
чтобы показать, откуда оно взято.
(Музыка: «Гипнотизируешь», исполнитель The Notorious B.I.G.)
Бигги убили
за несколько недель, прежде чем эта песня стала хитом,
это было одной из крупных трагедий эры хип-хопа,
но ему было 13 лет, живёхонький,
когда «Ла Ди Да Ди» появилась впервые.
И как подросток,
растущий в Бруклине,
трудно не думать, что, возможно,
эта песня несла для него какие-то дорогие воспоминания.
Но то, как он её переделал, как вы слышите,
это полностью его способ.
Он переворачивает её, творит,
это не какая-то мешанина.
Это чисто современный Бигги.
Мне придётся сказать эту шутку здесь,
ибо вы — единственные, кому приведётся её слышать,
придётся посмеяться. (Смех)
Повсюду, в мире поп- и рэп-музыки,
мы слегка без ума от семплирования.
Мы уходим от непонятных записей, что делали раньше,
и все вдруг берут
хиты 80-х, типа «Давай потанцуем» Боуи
и другие записи в стиле диско, и просто добавляют к ним речитатив.
Такие записи, как правило, не устаревают.
Сейчас мы их не слышим, ведь они заимствованы у той эпохи,
что была слишком погружена
в собственный скрытый смысл.
Нельзя просто целиком скопировать прошлое.
Слушателя начнёт подташнивать.
Нужно взять кусочек оттуда
и привнести что-то свежее, новое.
Вот чему я научился,
когда работал с потрясающей
Эми Уайнхаус в её поздний период
над альбомом «Back to Black».
Много было шума о звучании альбома,
которого я и Салаам Реми, другой продюсер,
достигли, о том, как мы записали давно потерянный звук,
но без индивидуальности 21-го века,
и бунтарки, какой была Эми Уайнхаус,
и её текстов песнен о реабилитации и Роджере Муре,
и даже упоминании о Слик Рике —
всё это рисковало стать,
говоря по правде, мешаниной.
Представьте себе любого другого исполнителя той эпохи,
поющего те же старые песни.
Рискует быть пресным.
Без сомнений, я и Эми
и Салаам были влюблены
в госпел, соул, и блюз, и джаз,
что очевидно, если прослушать музыкальные аранжировки.
Она привнесла ингредиенты,
сделавшие альбом необходимым и соответствующим времени.
Если теперь мы пришли к нашим дням,
к продукту поп-культуры — Майли Сайрус.
Она переделала «Ла Ди Да Ди»
конкретно под своё поколение.
Послушаем кусочек из Слик Рика,
а затем — как она это будто перевернула.
(Музыка: «Ла Ди Да Ди» Слик Рика и Doug E. Fresh)
(Музыка: «Нам не остановиться» Майли Сайрус)
То есть Майли Сайрус,
которой даже ещё не было, когда была написана «Ла Ди Да Ди»,
как и всех остальных соавторов её песни,
нашла эту песню,
пробившую себе путь в коллективное сознание поп-музыки,
и теперь, с вечной игривостью оригинала,
своего рода, перевела её для целого нового поколения,
которое, вероятно, переделает её по-своему.
Со времён рассвета эры семплинга
не угасали дебаты
о законности музыки, содержащей семплы.
Например, комитет Грэмми говорит,
что если ваша музыка содержит какую-либо написанную ранее
или ранее существующую музыку,
вас не допускают на песню года.
Рокеры — расисты,
но только насчёт рок-музыки,
постоянно приводят аргумент—
Это реальный мир. Это реальный мир.
Они постоянно аргументируют бессмысленность рэпа
и современной поп-музыки,
но их утверждения не улавливают главного,
ведь плотину прорвало.
Мы живёт в эпоху пост-семплинга.
Мы берём то, что любим,
и на этом строим.
Просто так оно и есть.
А когда по-настоящему приносишь что-то значительное и оригинальное,
сливаешься с этим в музыкальном потоке,
тогда есть шанс стать частью
эволюции той музыки, которую так любишь,
и снова на тебя будут ссылаться, когда она станет опять чем-то новым.
Я хочу ещё проиграть один отрывок,
который я составил специально для вас,
и он создан из двух просмотренных мною
весьма вдохновляющих выступления TED.
Одно из них — выступление пианиста Дерека Паравичини,
который слеп,
гений-аутист за фортепиано,
и Эммануэль Джэл — бывший ребёнок-солдат
из Южного Судана,
поэт и рэпер от Бога.
Опять же, я нашёл способ
так надоедливо вставить себя в музыкальную историю
этих песен,
но ничего не могу поделать,
ведь они мне очень нравятся,
и я хочу «тусить» с ними.
Надеюсь, вам понравится. Начинаем.
Послушаем ещё раз этот звук c TED.
(Музыка)
Большое спасибо. Спасибо.
(Аплодисменты)